March 7th, 2013

огонь

Работники НКВД знали: где при деле поставлен эстонец, там коррупция не пройдёт!



Хуторянин Эдуард Юрсон (1903 – 1994) прожил
долгую и трудную жизнь.
Но он увидел Отчизну вновь независимой




Eduard Jurson Okt 1991
Eduard Karli p.Jurson. Tartu. Okt. 1991.Pilt.g-egorov

Ты знаешь край, что от Причудья
Идёт до Балтики и от
Лесных отрогов Мунамяги
К приветливости финских вод?
О, этот край ведь колыбель
Отцов и правнуков досель!
Так пой же, пой и распевай:
«Моя Отчизна – этот дивный край!»
Михкель Веске ( 1843 – 1890 )

    Здесь вывешен портрет пожилого эстонца. По лицу и выражению его глаз видно, что он – не наш человек. В смысле – не русский мужик.
   Простому эстонцу, до 1945 года – хуторянину тартуского уезда, сегодня, 7 марта 2013 года, исполняется 110 лет со дня рождения. Здесь, на моём фотоснимке, ему 88 лет. Это много, уже подступили телесные невзгоды, но он чуть-чуть улыбается. И я знаю почему у Эдуарда Карловича Юрсона хорошее настроение: всего два месяца назад, в августе 1991 года, была мирно восстановлена независимость Эстонской Республики. А ведь он был участником Освободительной войны 1918-1920 годов, когда молодая демократическая Эстонская Республика ликвидировала красную опасность.
Свободная Эстония – тихая, неизбывная мечта героя моего рассказа, которая стала осуществляться в ходе «поющей революции» конца 1980-х годов.
  Эду не пел и не ругал коммунистов, не возмущался установленными ими порядками. Хотя 10 лет, с 1945 по 1955 годы, отработал в заключении на Крайнем Севере в сталинском концлагере. Сумел сохраниться морально и физически. Выше среднего роста, стройный, худощавый. Он медленно двигался и не торопясь говорил. И с первой встречи (для меня это 1960 год) оставлял впечатление доброго, жизнерадостного человека, любившего шутку и юмор.


Collapse )
огонь

Навстречу Женскому празднику 8 марта




ОНА ОБОГАЩАЛА ОКЕАН



фото Дихавичюса
Фото Римантаса Дихавичюса (Литва) из Интернета

Кристалл воды, звездами осиян,
Светлел, когда купальщица ночная
Над отражением небес нагая
Склонялась, в море погружая стан.

Она обогащала океан,
Кораллами и жемчугом сверкая,
Каких не знает глубина морская
У дальних берегов восточных стран.

Когда она, струям неуловимым
Отдавшись, в холод погружала грудь,
Он вспыхивал огнём неукротимым.

Кому дано огонь любви задуть?
Нет, из него не выйти невредимым,
В воде и то его не обмануть.
Бернардо Морандо (1589 – 1656), Италия
«Прекрасная купальщица»